Танцы на цепях  - Рэйв Саверен

– Это мы прояснили. Что еще тебе известно?

– Он хоть и был богом, но не был бессмертным, – Май чувствовала себя так, словно от ответа зависела ее жизнь, – чтобы править, ему нужны были жизненные силы людей.

– Не просто людей, а женщин с определенной кровью, ведь так?

Май кивнула.

– Каждые десять лет отбиралось десять кандидаток, чтобы отдать их создателю. Их жизненная сила, их кожа, кости, мускулы, все их чувства приносились в жертву богу, чтобы тот жил и здравствовал. Продолжал охранять мир и награждать его своей милостью и светом.

Клаудия припала к кубку. В воздухе разлился аромат яблок и терпкого вина.

– Пожинающий не всегда был таким. Ведь изначально в его жилах текла бессмертная кровь.

– Текла, – кивнула Май, – до тех пор, пока в Рагур’ен не пришли первые его создания. Те, что были до людей, – она понизила голос до свистящего шепота и воровато огляделась по сторонам, – энкулиты. Плоть от плоти создателя. Им он отдал свои силы.

– Прогадал. Энкулитов он изгнал за гордыню и неповиновение, – женщина отправила в рот новую ложку похлебки, – и пришло время людей. Только вот для них у Пожинающего уже не осталось ни сил, ни искренней любви. Лишь разочарование и вечная жажда к плоти. Что же было дальше?

– Обещанная невеста принца Ригара – сына правителя северо-западного стигая – стала одной из тех, кого выбрали для жертвы Пожинающему. Разумеется, принц был не согласен с таким решением.

– Что это? – Клаудия удивленно вскинула брови. – Я слышу осуждение? Вот только не могу понять, кого ты осуждаешь больше. Пожинающего? Или принца Ригана?

– Не вижу смысла осуждать принца, – Май на секунду задумалась, но ответила решительно, – люди расплачивались за то, что их предшественники основательно подпортили создателю жизнь. Разве это справедливо? Он изгнал энкулитов. Изгнал! Наказание ли это, если род их все еще жив? И при этом люди должны нести бремя их предательства! Зачем он создал людей, раз так много сил отдал первым детям? Ради питания? И это все?!

Она так разошлась, что не заметила, как повысила голос.

Клаудия видела, что эти вопросы тяготят ее «ученицу»: в доме матери ей отчаянно не хватало слушателя, кому можно было бы выплеснуть все те странные штуки, вычитанные в книгах. С кем можно было бы обсудить далеко неочевидные истины.

На востоке Май бы за такие рассуждения пытали каленым железом. Там Пожинающего осуждать не смели и жестоко за такое наказывали.

Девчонке повезло, что Клаудия, пусть и не полностью, но разделяет ее возмущение.

– Несправедливо, да. Но что прикажешь делать? Поставить под удар весь мир? Принц Риган не думал о последствиях, когда принимал решение, а ведь он знал, к чему приведет неповиновение.

– Может он верил в освобождение, – упрямо мотнула головой Май, – если лишить волка пищи, то он покинет негостеприимный край. Отправится искать добычу в другом месте.

– Какая же она наивная дурочка, – проворчала богиня, недовольно заворочавшись в голове Клаудии.

– Бог – не волк, – Клаудия сцепила пальцы под подбородком и положила на них голову. Тело обволакивала приятная истома. Мышцы гудели, но не от напряжения, а в ожидании, что хозяйка скоро отдохнет, – божество мстительно. Оно мыслит, чувствует, боится. Оно полно амбиций, нетерпения и желаний. Боги хуже людей, – вдруг сказала она, – беспредельная сила смешивается с банальными пороками. Человека хотя бы можно остановить, – кашлянув, она снова посмотрела на Май.

– Не зарывайся! Ты не забыла, в чьем присутствии смеешь вести подобные разговоры?! – громыхнуло у правого уха, и Клаудия непроизвольно вздрогнула.

Девчонка откинулась на спинку стула.

– Создатель узнал о вероломстве принца и его невесты. Искать замену было слишком поздно. Пожинающий бросил все свои силы на поиски сбежавшей жертвы. И, конечно, он ее нашел.

– И как же он поступил?

– Девушка в отчаянье бросилась на клинок любимого, – ответила Май, отхлебнув яблочный напиток, – это не могло считаться жертвой. Не было ни особого ритуала, ни песнопений. Все, что мог сделать Пожинающий – заключить дух погибшей в другое тело.

– В тело волка.

Май усмехнулась.

– Это кажется тебе смешным, дитя?

– Это кажется мне абсурдным. Война проиграна – почему бы просто не отпустить свою жертву, позволить ей покинуть этот мир? К чему эта бессмысленная месть, если она не спасет самого Пожинающего?

– Потому что люди должны знать свое место, – прошипела богиня, но девчонка ее, разумеется, не услышала.

Клаудия кивнула, в ее глазах читалась печаль и усталость.

– Пожинающий не мог простить измены. Он дал людям все, чего они желали: плодородные земли, богатые урожаи, долголетие, освободил от страшных недугов. Он защищал их дома, выполнял просьбы и что просил взамен? Несколько жертв, в обмен на настоящий рай.

– Какой же это рай, если стоит он на крови женщин?

А у девчонки есть характер. Старейшая точно распнула бы ее в пустыне.

– Я, скорее, придерживаюсь мнения, что Пожинающий мог найти другой путь. Не все так уж очевидно с этими жертвоприношениями. Даже служа ему, я не всегда согласна с его законами, хотя стараюсь им следовать. Этому посвящена вся моя жизнь. Впрочем, это тема для долгой дискуссии, а времени у нас нет. У меня остался еще вопрос, дитя. Как создатель наказал людей, помнишь? Когда в безумной агонии, в шаге от забвения покинул Рагур’ен и своих детей.

– Окропил кровью земли. И они превратились в стекло…

Май замерла, пораженная внезапной догадкой.

– Так это же…!

– Тс, дитя! Здесь есть уши, которым не стоит знать о нашей находке, – прошептала Клаудия.

– Но как же так?!

– У нас еще будет время. Доедай. Завтра тяжелый день, а времени на сон осталось мало.

Май уткнулась в тарелку, не в силах поверить в услышанное, в то время как ее провожатая вела себя так, словно ничего не происходит!

Везет ее столицу, но для чего?

И оказалась она на пороге аккурат в нужное время.

Почему?

Знала заранее? Но почему пришла именно в дом Май? Искала ее?

Слишком много совпадений.

Май нахмурилась, прокручивая догадки так и эдак, но ничего не приходило в голову. Ответов не было. Перед глазами маячили только вопросы, один другого сложнее.

Оставалось ждать и уповать на то, что все ответы ждут ее впереди.

***

Ш’янт не преминул заглянуть в таинственный сверток, но обнаружил там лишь коробочки со специями, не разбившиеся по чистой случайности. Значит, девчонку просто послали в ближайшую лавку, и сейчас она должна нестись на кухню, как ошпаренная.